| Ко времени разговора Револьвера с Палмером, Вало уже две недели находился в Promises. Продюсер навещал его, и сказал, что ему заметно стало лучше, особенно, учитывая, в насколько ужасном физическом и душевном состоянии он находился в процессе записи альбома. «Вилле обычно выпивал от одной до шести бутылок пива на студии, и дымил как паровоз», поясняет Палмер - «но для него это было нормой долгое время. Я забеспокоился, когда он стал приезжать на студию уже пьяным или вообще не приезжать». Кульминация настала, когда Вилле стал пробовать вокал для записи «The Kiss of Dawn». Узнав, что Вилле слишком пьян, Палмер отвел друга в сторонку для разговора по сердцам. «Я сказал Вилле, что должен быть честен с ним и что он пел бы лучше, если бы не был таким пьяным», - вспоминает он. «Вместо ругани, он просто извинился и сказал мне, что у него сейчас очень тяжелый жизненный период. Я попытался подтолкнуть его к разговору об этом, но он был очень грустный и был готов заплакать. Он сказал мне, каким испытанием стала для него жизнь. Но я все еще не понимал как близко он к срыву. Я понял, что уже много лет он находился в подавленном состоянии». «Я поддержал его, и послал домой, чтобы он мог проспаться, но даже следующие несколько дней ему не стало лучше. Все, что он сказал, было привычной отмазкой «Со мной все будет в порядке». Теперь ему требовалось уже 3 бутылки пива, только что бы выйти из дома, и он совсем не ел». Как только на хельсинкской Finnvox Studio была завершена основная запись, Палмер и Вало отправились в Лос-Анджелес для микширования треков. Палмер надеялся на то, что солнце Южной Калифорнии принесет Вало немного пользы. К сожалению, тоска зеленая, преследовавшая Вало в Хельсинки, села с ними на один самолет и тоже полетела в Лос-Анджелес. «Я думал, что, если он будет один, у него будет время поесть, отдохнуть и восстановить силы», говорит Палмер. «Этого не случилось, ему стало хуже. Он вообще не ел, окончательно запил и только курил весь день. Ситуация становилась крайне серьезной, когда я узнал, что Вилле попросту не хочет просыпаться и продолжать жить. Он сказал мне, что чувствует, будто его запястья горят». В прошлом году, муж сестры Палмера чуть было не наложил на себя руки, поэтому он настоятельно рекомендовал Вилле принять его помощь. «Одним из глубочайших заблуждений является то, что якобы самоубийце нужны основательные причины, чтобы умереть», - говорит продюсер. «Если судить внешне, почему талантливый, привлекательный, успешный певец, признанной во всем мире рок-группы, чувствовал себя так плохо, что готов был покончить с собой? В том то и дело. Самоубийство, в большинстве случаев, не имеет поводов». «Когда становится настолько тяжело, очень важно найти друга, врача или члена семьи, который помог бы. Вилле сделал невероятный шаг, выложив все начистоту, допустив нас к своим чувствам. Я действительно надеюсь, что другие смогу понять по его опыту хотя бы небольшие вещи. Я так счастлив, что он сейчас получает необходимую ему помощь». «Замечательно, как быстро ты можешь разобраться в себе», - смеется Вало. «Мне 30, и я просирал себя регулярно в течение половины жизни, так, что 5 недель не большая потеря». Сейчас середина июня, Револьвер сидит с ним около бассейна в отеле Sunset Marquis. Вало и остальная команда остановились в нем на время съемок видео на песню «The Kiss of Dawn». Несколькими днями раньше Вало выписался из Promises и его физическая трансформация невероятна. Парень, в прошлом месяце выглядевший как больной бездомный, сейчас является образцом дерзкого романтического поэта с обложек и клипов HIM, только более сильным и здоровым. «Надо было сделать это еще 10 лет назад», говорит он. «Не реабилитацию пройти, а просто немного отдохнуть». Не сказать, что Вало не требовалось лечиться от алкоголизма. За день до прибытия в больницу были готовы результаты анализом, и они были очень плохие. «Доктор сказала, что уровень калия в моей крови был так низок, что меня ожидала либо больница, либо сердечная недостаточность» - рассказывает он. «Я был таким глупцом, что поставил себя в ситуацию, где мне оставалось только два варианта, но все-таки достаточно мудрым, чтобы выбрать правильный». Процесс детоксикации, говорит он, был очень простым, если не прикольным. «Первые пару дней были дерьмовыми», вспоминает он. «Чувствуешь себя дерьмом, все время тошнит, но я сам пошел на это, так чего мне жаловаться теперь? На пару дней они дали мне препарат, который называется Либриум. Он убрал дрожь, успокоил, помог засыпать и все такое. Я продолжал употреблять свои витамины, есть, чего я вечность не делал. Много кофе, много воды, и две недели спустя, отечность ушла, и я снова увидел свои кости». Более тяжелым для Вало оказалось возвращение к обычным будням. «Это было так приятно, я бы хотел что бы это было еще приятнее», говорит он. День начинался в 7 утра с медитации или молитвы, и заканчивался около 9-10 вечера, так что он был довольно длинным. Было много бесед с консультантами, посещений собраний анонимных алкоголиков, и тому подобное. У них есть программа иппотерапии, когда вы должны гулять с этими дурацкими лошадьми, и это по идее помогает прочистить мозги. А я не ходил, потому что у меня аллергия!» - ржет Вало. «Свободного времени было 45 минут, но этого времени недостаточно, чтобы посмотреть кино или почитать книгу, что там еще. Я проводил его, сидя возле бассейна, куря и обмениваясь россказнями с другими обитателями». Тогда как, многие люди выходят из клиники с клятвами, что никогда больше не будут пить и благодарят Бога за освобождение от демона алкоголя, Вало делает иное заявление. «Я не притронусь к алкоголю или наркотикам до окончания этого тура»- говорит он. «Вот мой план. Посмотрим, как он сработает, я никому ничего не обещаю. Турне проходит намного легче, когда ты трезвый: у тебя больше энергии, ты можешь встать пораньше и пройтись по музеям. И когда ты трезв, у тебя больше времени на чтение, на собственное образование в вопросах крайней темноты», смеется он. Возможно предсказуемо, но влечение Вало ко всякого рода темным штучкам идет немного вразрез с философией Ассоциации Алкоголиков. «Господи, даруй мне радость» - если я еще раз услышу эти гребанные слова, убьюсь» - шутит он. «АА помогает некоторым людям, и это отлично. Проходят действительно хорошие встречи и на них бывает много классных людей, это хороший способ познакомится с людьми с похожими проблемами и поделиться своими историями. Проблема в том, что все это реабилитационное дерьмо основано на АА, и стоит на религиозных или агностических убеждениях. Но я убежденный гребанный атеист. Я не люблю церкви, мне не нравится, что религия сотворила с этим миром. Первым шагом этой программы являлось подчинение собственной воли «высшей силе», а вторым признание того, что никакая человеческая сила не поможет избавиться от зависимости. Что за бред! Я верю в людей, я верю в моих друзей, я верю в чертов Black Sabbath». Когда Револьвер в шутку говорит о присвоении Black Sabbath звания высшей силы для Вало, на лице Вилле появляется озорная ухмылка. «Ну, вообще-то, я так и делал», ухахатывается он. «Кто-то должен был вести молитву на собраниях, и когда до меня дошла очередь, я сказал «Оззи, даруй мне радость» или «Black Sabbath даруй мне радость». Народ сначала был ошарашен, а потом воспринял это как случайность. Я думал о том, что можно было бы учредить реабилитационную клинику для атеистов в Скандинавии, ну знаете, с перевернутыми крестами!» Понятно, что Вало пока счастлив, что восстановил свое здоровье, но, тем не менее, он сознательно не хочет искать корни прошлых депрессий. «Не хочу размышлять над этим, так мне лучше живется» - подводит он итог. «Персонал относился с пониманием, у нас было несколько хороших бесед, но они пытались разобраться в том, в чем я не хочу разбираться. Рано или поздно, все равно придется плакать, лучше уж я проведу анализ с помощью музыки». | |
| Просмотров: 313 | Рейтинг: 0.0/0 |
| Всего комментариев: 0 | |